«Поки пани чубляться» Econom
Jul. 10th, 2008 03:43 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
3merhttp://www.zn.ua/2000/2020/63439/
№ 25 (704) 5 — 11 июля 2008
«Поки пани чубляться»
Автор: Юрий СКОЛОТЯНЫЙ
* печать
* обсудить
* отправить другу
* прочесть позже
* письмо редактору
Поток регулярно выливаемых в сознание украинцев противоречивых, спорных, а порой и взаимоисключающих заявлений заранее обрекает на неудачу любые попытки отыскать хотя бы какую-то логику в намерениях и действиях властей, призванных определять государственную макроэкономическую политику. Однако три последние недели размыли и остатки векторов, которые хотя бы приблизительно определяли ее бюджетную, структурную, инвестиционную, внешнеэкономическую, научно-техническую и другие составляющие. Уплыли в неизвестность и только начавшие было прорисовываться приоритеты валютно-курсовой и денежно-кредитной политики Нацбанка...
Свежий пример контрпродуктивной работы появился буквально на этой неделе. Пример патологической неспособности украинских властей эффективно сотрудничать даже в борьбе с таким серьезнейшим врагом, как инфляция.
И двое сошлись не на страх, а на совесть?
Открывая заседание правительства в среду, 2 июля, премьер-министр Юлия Тимошенко сообщила, что Кабмин намеревается в этот же день утвердить окончательную редакцию изменений в госбюджет на 2008 год, предварительно одобренных 27 июня.
Напомним, что, готовя изменения в основной финансовый документ государства, правительство ухудшило прогноз инфляции в 2008 году (с 9,6 до 15,3%), а также повысило прогноз номинального ВВП (с 921,2 до 956,8 млрд. грн.), не изменив прогноз его роста (6,8%). При этом Кабмин исключил из перечня макроэкономических прогнозов обменный курс гривни, который ранее на 2008 год прогнозировался на уровне 4,95—5,25 грн./долл.
Расходные статьи госбюджета-2008 правительство предлагает увеличить на 30,4 млрд. грн., в то время как в действующей редакции закона они предусмотрены в размере 232,4 млрд. (при доходах 215,4 млрд. грн. и предельном дефиците 18,8 млрд.).
Окончательному утверждению Кабмином проекта бюджета мешало лишь одно «небольшое препятствие»: сделать это предполагалось после консультаций с президентом Виктором Ющенко. Для чего в заседании правительства был объявлен перерыв. Также премьер призвала депутатов Верховной Рады не уходить в отпуск до принятия изменений в бюджет-2008.
Однако, как оказалось, получить согласование от президента довольно непросто. В совещании по вопросам макроэкономической стабильности кроме глав государства и Кабмина приняли участие спикер парламента, министры экономического блока, главы правления и совета НБУ. Ключевым вопросом этой встречи и было согласование Нацбанком и правительством закладываемых в бюджет макроэкономических показателей. Судя по тому, что заседание Кабмина в среду не возобновилось, цель так и не была достигнута.
«Президент Украины Виктор Ющенко обеспокоен тем, что правительство и Национальный банк Украины не смогли найти общей точки зрения относительно развития экономики государства до конца 2008 года», — такое президентское заявление процитировала его пресс-секретарь Ирина Ванникова.
«Законопроект о бюджете на сегодняшний день правительством полностью разработан, макропоказатели на базе подписанного с Национальным банком меморандума согласованы, причем меморандум подписан две недели назад — никаких расхождений по макропоказателям с Нацбанком у нас нет. Более того, вы знаете, что макропоказатели — это парафия правительства, так как оно несет ответственность за них», — заявила на следующий день, в четверг, Ю.Тимошенко на заседании коалиции, фактически опровергнув высказывание главы государства.
Ю.Тимошенко сообщила, что 30,4 млрд. грн. дополнительных бюджетных доходов, полученных, по ее мнению, за счет экономического роста, планируется распределить следующим образом: 10,4 млрд. грн. — местным органам власти, треть средств — на развитие различных отраслей экономики и еще треть — на финансирование социальных программ.
«Мы с правительством заключили меморандум. Там все предусмотрено. Мы должны выполнять то, о чем уже договорились», — заявил глава НБУ Владимир Стельмах. «В меморандуме написано, что все дополнительные поступления должны идти на дефицит», — напомнил он, отметив, что предусмотренные в нынешней редакции госбюджета-2008 социальные выплаты являются адекватными, и их дальнейшее увеличение, с учетом инфляционных рисков, вряд ли целесообразно.
Выходит, либо кто-то из высоких госчиновников недорого берет за свои слова, либо у каждого своя правда. Но что в этой ситуации думать простым смертным?
Один из наших собеседников, ставший случайным свидетелем появления министра экономики на одном из телеканалов в четверг вечером, сообщил, что г-н Данилишин все-таки зачитал текст меморандума (или выдержки из него), отвечая на вопросы журналиста. Но вашему покорному слуге, например, не повезло в этот момент оказаться у голубого экрана, дабы иметь счастливую возможность услышать, что же на самом деле Кабмин и Нацбанк согласовывали.
У Украины, конечно, всегда и во всем свой путь. Но в мировой практике, к слову, принятию подобных документов предшествует скрупулезное общественное и экспертное обсуждение. Проекты становятся публичными задолго до их утверждения. Но это, повторимся, к слову.
Полюби меня такой, какая я есть?
Чтобы хоть частично отделить зерна от плевел, придется самую малость углубиться в предысторию вопроса. Сейчас уже как-то неприлично вспоминать о торжественных предновогодних обещаниях откорректировать нынешний бюджет в начале марта. Да мы и не собираемся этого делать. Тут дай Бог разобраться в том, что на эту тему наговорено всего за три последние недели.
Напомним, что многострадальные изменения в госбюджет на 2008 год Кабмин вроде бы собирался утвердить еще в середине июня. После согласования с президентом и Нацбанком доработанный проект должны были сразу же направить в Верховную Раду, чтобы парламент до ухода на летние каникулы успел рассмотреть и, в случае поддержки большинством народных избранников, принять.
Однако 17 июня, в ходе совещания по вопросам макроэкономической стабильности в секретариате президента, Виктор Ющенко, как гласит официальное сообщение на президентском веб-сайте, подверг критике антиинфляционные действия Кабмина и Нацбанка. «Правительство и Национальный банк должны совместно обсудить новый макроэкономической прогноз, прийти к общим оценкам «чувствительных» цифр, таких как уровень инфляции, размер сальдо внешнеторгового баланса и текущего счета», — на этом заявлении президента акцентировалось внимание общественности.
Достаточно правильное и безобидное, на первый взгляд, требование оказалось чрезвычайно коварным. И ведь какой методичный медиа-обстрел позиций правительства и Национального банка провели сам глава государства и его секретариат (по этому поводу звучали заявления Виктора Балоги, Александра Шлапака, Андрея Кислинского, Романа Жуковского), требуя побыстрее согласовать эти самые макроэкономические прогнозы!
Все дело в том, что достижение компромисса между Нацбанком и правительством возможно лишь в случае, если какое-то из ведомств пойдет на принципиальные уступки. Суть противоречий доходчиво разъяснил первый замглавы СП Александр Шлапак. «Национальный банк считает возможным удержание инфляции в нынешнем году на уровне 2007 года (16,6%) при отказе от планируемого увеличения расходов государственного бюджета-2008 и направлении всех внеплановых поступлений на покрытие дефицита госбюджета», — сообщил он.
Одновременно г-н Шлапак отметил, что такое предложение, вероятно, не будет поддержано секретариатом и Кабинетом министров, поскольку должны быть профинансированы социальные выплаты в зависимости от инфляционной динамики.
Сам Виктор Ющенко тоже высказался «как сторонник увеличения бюджета текущего года, с учетом в первую очередь уровня инфляции, что требует увеличения прожиточного минимума, минимальной пенсии и т.д.».
«Это норма закона, это не предмет дискуссии между Национальным банком и правительством. Они обязаны выполнить эту норму», — в очередной раз продемонстрировал Виктор Андреевич свою избирательную принципиальность в вопросах законопослушания.
Но и в Нацбанке — после всех сделанных заявлений, что главным виновником инфляционных бед являются растущие социальные бюджетные расходы, уже не могут закосить под дурака, сделав вид, что пущенные в оборот новые миллиарды не спровоцируют дополнительной инфляции. А также что сбудется и без того нереальный правительственный прогноз годовой инфляции в 15,3% (по итогам только пяти месяцев она уже достигла 14,6%, а годовые темпы зашкаливают за 30%).
С другой стороны, если правительство по каким-то причинам не согласилось принять чуть более приближенный к реальности инфляционный прогноз, то можно ли надеяться, что оно откажет себе в удовольствии облагодетельствовать страну дополнительными миллиардами? Падающими в бюджет, кстати, все-таки за счет более высокой инфляции, а не экономического роста, как утверждает Ю.Тимошенко, поскольку нынешний рост ВВП (6,4%) даже немного отстает от бюджетного прогноза (6,8%).
О том, что, несмотря на все заверения премьера о готовности сотрудничать, правительство не собирается идти на серьезные уступки, ограничивая расходы бюджета суммой в 232 млрд. грн., косвенно свидетельствует и та удивительная настойчивость, которую проявил Минфин в поисках выхода за дополнительными ресурсами на внешний рынок.
Позади крутой поворот?
На наш взгляд, все эти бюджетные перипетии не так уж принципиальны — ведь и откорректированный бюджет, учитывая вносимые в него предложения об увеличении социальных выплат и заведомо нереальные прогнозы, вряд ли будет сильно отличаться от своего предшественника в лучшую сторону. Однако сопровождавшие бюджетную полемику заявления президента и его окружения обнаруживают еще одну четкую линию, которая может иметь для отечественной экономики крайне негативные и далеко идущие последствия.
Выпущенный еще по итогам июньского президентского совещания пресс-релиз, помимо всего прочего, содержал призывы главы государства к НБУ увеличить предложение денег — как через валютный канал, так и через внедрение проектного рефинансирования банков.
«Президент также выразил жесткое предостережение, чтобы, по крайней мере, в курсовой политике усилиями Национального банка была обеспечена стабильность. При этом он обратил внимание на разницу, которая существует между установленным валютным коридором и реальным курсом, — сообщила президентская пресс-служба. — Глава государства настаивал на том, чтобы после совместных консультаций с правительством Национальный банк вернулся к валютному коридору, предварительно объявив его новые границы, и четко их придерживался».
Из уст в основном Александра Шлапака, но от имени президента, за последние несколько недель Нацбанк был раскритикован за «отсутствие логики в курсообразовании», а также за «неадекватность валютно-курсовой политики тенденциям платежного баланса и реалиям экономической ситуации». В той или иной интерпретации от имени главы государства прозвучали требования о необходимости «сбить процентные ставки и утолить монетарный голод», «выработать единое видение оптимального валютного коридора на текущий год и удержание курсовых параметров в его рамках в дальнейшем». И, наконец, такое предписание: «На сегодняшнем этапе экономического развития четко придерживаться валютного коридора, который определяется с учетом платежного баланса и внешнеторгового сальдо».
Мы неслучайно уделяем столько внимания высказываниям президента и его окружения. Ни для кого не секрет, что Владимир Стельмах «чуток» к пожеланиям Виктора Андреевича не только в силу многолетней совместной работы в Национальном банке, но и по той простой причине, что глава государства является сейчас едва ли не единственной политической опорой главы НБУ. А без президентской поддержки свой пост можно потерять в мгновение ока. Ведь, согласно ст. 85 Конституции и ст. 18 закона о Национальном банке, среди оснований, по которым глава НБУ может быть досрочно освобожден от занимаемой должности, предусмотрено увольнение «в связи с заявлением об отставке по политическим или личным причинам», а также по представлению президента Украины в рамках его конституционных полномочий.
Поэтому, услышав от имени главы государства «жесткое предостережение», уже никто, даже Стельмах, наверное, не сможет с уверенностью сказать, какой будет дальнейшая курсовая политика в Украине.
Но если так, то не перечеркнуты ли все потуги кредитно-денежного регулятора начать реальный переход к более гибкому курсообразованию и инфляционному таргетированию, о необходимости введения которого столько говорилось его представителями?
Тут Владимиру Семеновичу самое время вспомнить свою же реплику в ответ на вопрос о посягательствах на независимость Нацбанка буквально месячной давности: «Можно что хочешь вносить. Но есть же еще и президент, который понимает этот вопрос».
Понимает ли? Ведь получается, что именно президент жестко одернул Нацбанк, сделавший первый, самый решительный и болезненный шаг, — и монетарное ведомство замерло в весьма неудобной позе. Фактически, в точности повторился сценарий 2005 года: произошла ревальвация, поменявшая баланс доходов и расходов субъектов экономической деятельности, но ничего не изменившая в принципе. Официальный курс пока остается де-факто фиксированным, просто на новом значении, причем никто не уверен, что на более экономически оправданном, нежели «5,05». Так зачем тогда было сеять столько неопределенности и даже паники, имевших, пожалуй больше про-, нежели антиинфляционный эффект?
Уже после ревальвации Нацбанк, выкупая валюту в попытках противодействовать дальнейшему укреплению гривни (курс упрямо не хочет подниматься выше отметок 4,60—4,70 грн./долл.), выкупил в июне более 1 млрд. долл. на межбанковском рынке. Денежная база (правда, с учетом эмиссионной активности Минфина) в прошлом месяце выросла сразу на 5,7%. Это — почти в два раза больше, чем за предыдущих пять месяцев с начала года, вместе взятых (3,0%).
А 2 июля остаток средств на корсчетах банковской системы в НБУ едва ли не впервые в нынешнем году превысил отметку 20 млрд. грн., всего за один день увеличившись сразу на 3,4 млрд. грн.
Произошло это из-за одновременного вливания в финансовую систему средств Минфином и Нацбанком. Последний днем ранее не только выдал кредиты овернайт на 400 млн. грн., но и выкупил, как утверждают участники рынка, рекордное количество валюты, отказавшись от применявшейся в последнее время практики выборочных покупок на межбанке.
Не в угоду ли президенту и его окружению это было сделано? Или на то были другие, еще более серьезные причины? И обществу, и рынку остается только теряться в догадках.
Друзьям — все, врагам — закон?
В отличие от некоторых наблюдателей, мы пока не склонны думать, что глава Нацбанка действительно вызвал искренний гнев президента. Ведь даже решение об официальной ревальвации гривни 22 мая наверняка согласовывалось с главой государства в ходе проведенной им 20 мая рабочей встречи с Владимиром Стельмахом. Вряд ли Виктор Ющенко даже помышляет о каких-то посягательствах на институциональную независимость Национального банка. Но, видимо, руководствуясь своим нацбанковским опытом и статусом одного из отцов украинской гривни, президент наделяет себя правом «чисто по-отечески» наставлять монетарное ведомство на путь истинный. При этом «чисто по-человечески» забывая, что этим он «самую малость» превышает свои полномочия.
Впрочем, помнится, и Арсению Яценюку вместе с Александром Шлапаком довелось весьма успешно и продуктивно поработать в Нацбанке. И они, получается, тоже имеют право считать себя доками в кредитно-денежной и валютно-курсовой политике. Так почему бы и спикеру парламента вместе с первым замглавы СП немного не вмешиваться не в свое дело?
А ведь есть еще и бывший первый зампред НБУ, а ныне руководитель ГлавКРУ Николай Сивульский, который тоже не забывает походя в чем-нибудь обвинить Национальный банк. Или «закинуть» в парламент провокационный, по его собственному признанию, законопроект об ограничении полномочий монетарного ведомства.
Найдется, наверное, еще минимум сотня банкиров, тысяча чиновников и несколько миллионов простых граждан, которым не нравятся как происходящее на валютном и кредитном рынках, так и лично г-н Стельмах. Но дело ведь не в этом, а в неукоснительно соблюдаемом в небанановых республиках принципе: независимость центрального банка, регулирующего столь тонкую сферу, как денежное обращение, — основополагающий принцип, попрание которого чревато серьезными последствиями для экономики. Ведь галопирующая инфляция разрушает все: и инвестиции, и сбережения, и тот самый экономический рост, о котором так пекутся сейчас критики НБУ. А еще она разрушает доверие к национальной денежной единице, государству и его институтам.
И ведь независимость такого государственного института, как Национальный банк, вовсе не отменяет обязательности таких неукоснительных требований к его деятельности, как прозрачность и подотчетность (с которыми, кстати, тоже пока далеко не все идеально).
Здесь, кстати, самое время немного отвлечься на скучную законодательную тему. А действительно ли украинское законодательство достаточно четко определяет исключительность полномочий НБУ в обеспечении стабильности денежной единицы?
На самом деле для любого мало-мальски интересующегося этой темой не секрет, что у Национального банка нет четко обозначенной стратегической цели в сфере кредитно-денежной политики, поскольку она не установлена однозначно ни одним регулирующим его деятельность нормативно-правовым документом.
Согласно ст. 99 Конституции и ст. 6 закона о Национальном банке, основной функцией НБУ является «обеспечение стабильности денежной единицы Украины». Фактически, такая формулировка предполагает обеспечение как ее внутренней (контроль над инфляцией), так и внешней (контроль над динамикой обменного курса) стабильности.
Однако периодически возникают ситуации (как, например, сейчас), когда необходимость удерживать номинальный курс, выкупая на рынке иностранную валюту и одновременно выпуская в обращение гривни, вступает в прямое противоречие с задачей обеспечения ценовой стабильности. Которую невозможно выполнить еще и по той причине, что 90% инфляционных факторов находятся вне компетенции монетарных властей, а исполнительная власть не то что толком не борется, но еще и подогревает инфляцию массированным увеличением социальных выплат.
«Неопределенность стратегической цели приводит к тому, что проведение денежно-кредитной политики фактически ограничивается решением лишь текущих задач и дает основания для обвинений в неэффективном проведении монетарной политики», — констатируется даже в официальных публикациях НБУ.
К слову сказать, и у всего Украинского государства нигде четко не прописаны его стратегические задачи и цели. В соответствии со ст. 24 закона о Нацбанке, основы его денежно-кредитной политики должны базироваться на «основных критериях и макроэкономических показателях общегосударственной программы экономического развития и Основных параметрах экономического и социального развития на соответствующий период». Кто-нибудь видел работающие редакции этих документов?
Посмеем заметить, что конкретных ответов на вопрос о государственных приоритетах не дает и программа деятельности правительства «Украинский прорыв», за которую Юлия Тимошенко призывала парламентариев немедленно проголосовать на ближайшем пленарном заседании. Но попытались ли глава исполнительной власти и ее окружение за полгода пребывания документа на рассмотрении в парламенте хотя бы частично отреагировать на многочисленные критические замечания экспертов именно в отношении его неконкретности?
Видимо, отсутствие конкретных стратегических целей вынуждает нечаянно путать и подменять их краткосрочными макроэкономическими прогнозными показателями, утверждаемыми лишь на ближайшие 12 месяцев или полгода при разработке каждого очередного бюджета или его поправок.
Вообще-то в нашей стране существует Закон «О государственном прогнозировании и разработке программ экономического и социального развития Украины» (№1602-III от 23 марта 2000 года). Он устанавливает, что «участниками государственного прогнозирования и разработки программ экономического и социального развития Украины» являются «Кабинет министров Украины, уполномоченный центральный орган исполнительной власти по вопросам экономической политики, другие центральные органы исполнительной власти, Совет министров АРК, местные государственные администрации и органы местного самоуправления». Как видно, Нацбанка, как и секретариата президента, в этом перечне нет.
Этот закон определяет, что «прогноз экономического и социального развития Украины на краткосрочный период разрабатывается ежегодно на следующий год», и что показатели этого прогноза «используются для разработки Государственной программы экономического и социального развития Украины и для оценки поступлений и формирования показателей Государственного бюджета Украины».
Не секрет, что макроэкономические прогнозы в нашей стране сбываются чрезвычайно редко. Во-первых, потому что краткосрочное прогнозирование, да еще и с украинской спецификой «декабрь к декабрю» — вообще крайне неблагодарное занятие. А во-вторых, эти прогнозы чаще всего попросту подгоняются под требуемые доходно-расходные параметры бюджета и не имеют под собой никаких других оснований, кроме как желание главы правительства или министра финансов.
Это относится к инфляционным прогнозам как нынешнего правительства (что 9,6%, что 15,3% — все фантастика), так и большинства его предшественников. Помните, как господа Янукович и Азаров в прошлом году упрямо настаивали на реалистичности бюджетного прогноза инфляции на уровне 7,5%, который затем был превышен более чем в два раза?
Впрочем, за регулярное «перевыполнение» тех инфляционных прогнозов в Украине в отставку не подал еще ни один премьер, ни даже «простой министр» экономического блока. Поэтому когда г-жа Тимошенко заявляет, что правительство несет за свои макропрогнозы ответственность, очень хотелось бы от нее самой услышать — какую?
Так что вопрос — когда же наше государство определит и установит для себя конкретные, а главное, реальные и достижимые средне- и долгосрочные цели макроэкономической политики, по-прежнему остается открытым. Вот и получается, что каждый чиновник может трактовать их по своему усмотрению, как ему заблагорассудится.
№ 25 (704) 5 — 11 июля 2008
«Поки пани чубляться»
Автор: Юрий СКОЛОТЯНЫЙ
* печать
* обсудить
* отправить другу
* прочесть позже
* письмо редактору
Поток регулярно выливаемых в сознание украинцев противоречивых, спорных, а порой и взаимоисключающих заявлений заранее обрекает на неудачу любые попытки отыскать хотя бы какую-то логику в намерениях и действиях властей, призванных определять государственную макроэкономическую политику. Однако три последние недели размыли и остатки векторов, которые хотя бы приблизительно определяли ее бюджетную, структурную, инвестиционную, внешнеэкономическую, научно-техническую и другие составляющие. Уплыли в неизвестность и только начавшие было прорисовываться приоритеты валютно-курсовой и денежно-кредитной политики Нацбанка...
Свежий пример контрпродуктивной работы появился буквально на этой неделе. Пример патологической неспособности украинских властей эффективно сотрудничать даже в борьбе с таким серьезнейшим врагом, как инфляция.
И двое сошлись не на страх, а на совесть?
Открывая заседание правительства в среду, 2 июля, премьер-министр Юлия Тимошенко сообщила, что Кабмин намеревается в этот же день утвердить окончательную редакцию изменений в госбюджет на 2008 год, предварительно одобренных 27 июня.
Напомним, что, готовя изменения в основной финансовый документ государства, правительство ухудшило прогноз инфляции в 2008 году (с 9,6 до 15,3%), а также повысило прогноз номинального ВВП (с 921,2 до 956,8 млрд. грн.), не изменив прогноз его роста (6,8%). При этом Кабмин исключил из перечня макроэкономических прогнозов обменный курс гривни, который ранее на 2008 год прогнозировался на уровне 4,95—5,25 грн./долл.
Расходные статьи госбюджета-2008 правительство предлагает увеличить на 30,4 млрд. грн., в то время как в действующей редакции закона они предусмотрены в размере 232,4 млрд. (при доходах 215,4 млрд. грн. и предельном дефиците 18,8 млрд.).
Окончательному утверждению Кабмином проекта бюджета мешало лишь одно «небольшое препятствие»: сделать это предполагалось после консультаций с президентом Виктором Ющенко. Для чего в заседании правительства был объявлен перерыв. Также премьер призвала депутатов Верховной Рады не уходить в отпуск до принятия изменений в бюджет-2008.
Однако, как оказалось, получить согласование от президента довольно непросто. В совещании по вопросам макроэкономической стабильности кроме глав государства и Кабмина приняли участие спикер парламента, министры экономического блока, главы правления и совета НБУ. Ключевым вопросом этой встречи и было согласование Нацбанком и правительством закладываемых в бюджет макроэкономических показателей. Судя по тому, что заседание Кабмина в среду не возобновилось, цель так и не была достигнута.
«Президент Украины Виктор Ющенко обеспокоен тем, что правительство и Национальный банк Украины не смогли найти общей точки зрения относительно развития экономики государства до конца 2008 года», — такое президентское заявление процитировала его пресс-секретарь Ирина Ванникова.
«Законопроект о бюджете на сегодняшний день правительством полностью разработан, макропоказатели на базе подписанного с Национальным банком меморандума согласованы, причем меморандум подписан две недели назад — никаких расхождений по макропоказателям с Нацбанком у нас нет. Более того, вы знаете, что макропоказатели — это парафия правительства, так как оно несет ответственность за них», — заявила на следующий день, в четверг, Ю.Тимошенко на заседании коалиции, фактически опровергнув высказывание главы государства.
Ю.Тимошенко сообщила, что 30,4 млрд. грн. дополнительных бюджетных доходов, полученных, по ее мнению, за счет экономического роста, планируется распределить следующим образом: 10,4 млрд. грн. — местным органам власти, треть средств — на развитие различных отраслей экономики и еще треть — на финансирование социальных программ.
«Мы с правительством заключили меморандум. Там все предусмотрено. Мы должны выполнять то, о чем уже договорились», — заявил глава НБУ Владимир Стельмах. «В меморандуме написано, что все дополнительные поступления должны идти на дефицит», — напомнил он, отметив, что предусмотренные в нынешней редакции госбюджета-2008 социальные выплаты являются адекватными, и их дальнейшее увеличение, с учетом инфляционных рисков, вряд ли целесообразно.
Выходит, либо кто-то из высоких госчиновников недорого берет за свои слова, либо у каждого своя правда. Но что в этой ситуации думать простым смертным?
Один из наших собеседников, ставший случайным свидетелем появления министра экономики на одном из телеканалов в четверг вечером, сообщил, что г-н Данилишин все-таки зачитал текст меморандума (или выдержки из него), отвечая на вопросы журналиста. Но вашему покорному слуге, например, не повезло в этот момент оказаться у голубого экрана, дабы иметь счастливую возможность услышать, что же на самом деле Кабмин и Нацбанк согласовывали.
У Украины, конечно, всегда и во всем свой путь. Но в мировой практике, к слову, принятию подобных документов предшествует скрупулезное общественное и экспертное обсуждение. Проекты становятся публичными задолго до их утверждения. Но это, повторимся, к слову.
Полюби меня такой, какая я есть?
Чтобы хоть частично отделить зерна от плевел, придется самую малость углубиться в предысторию вопроса. Сейчас уже как-то неприлично вспоминать о торжественных предновогодних обещаниях откорректировать нынешний бюджет в начале марта. Да мы и не собираемся этого делать. Тут дай Бог разобраться в том, что на эту тему наговорено всего за три последние недели.
Напомним, что многострадальные изменения в госбюджет на 2008 год Кабмин вроде бы собирался утвердить еще в середине июня. После согласования с президентом и Нацбанком доработанный проект должны были сразу же направить в Верховную Раду, чтобы парламент до ухода на летние каникулы успел рассмотреть и, в случае поддержки большинством народных избранников, принять.
Однако 17 июня, в ходе совещания по вопросам макроэкономической стабильности в секретариате президента, Виктор Ющенко, как гласит официальное сообщение на президентском веб-сайте, подверг критике антиинфляционные действия Кабмина и Нацбанка. «Правительство и Национальный банк должны совместно обсудить новый макроэкономической прогноз, прийти к общим оценкам «чувствительных» цифр, таких как уровень инфляции, размер сальдо внешнеторгового баланса и текущего счета», — на этом заявлении президента акцентировалось внимание общественности.
Достаточно правильное и безобидное, на первый взгляд, требование оказалось чрезвычайно коварным. И ведь какой методичный медиа-обстрел позиций правительства и Национального банка провели сам глава государства и его секретариат (по этому поводу звучали заявления Виктора Балоги, Александра Шлапака, Андрея Кислинского, Романа Жуковского), требуя побыстрее согласовать эти самые макроэкономические прогнозы!
Все дело в том, что достижение компромисса между Нацбанком и правительством возможно лишь в случае, если какое-то из ведомств пойдет на принципиальные уступки. Суть противоречий доходчиво разъяснил первый замглавы СП Александр Шлапак. «Национальный банк считает возможным удержание инфляции в нынешнем году на уровне 2007 года (16,6%) при отказе от планируемого увеличения расходов государственного бюджета-2008 и направлении всех внеплановых поступлений на покрытие дефицита госбюджета», — сообщил он.
Одновременно г-н Шлапак отметил, что такое предложение, вероятно, не будет поддержано секретариатом и Кабинетом министров, поскольку должны быть профинансированы социальные выплаты в зависимости от инфляционной динамики.
Сам Виктор Ющенко тоже высказался «как сторонник увеличения бюджета текущего года, с учетом в первую очередь уровня инфляции, что требует увеличения прожиточного минимума, минимальной пенсии и т.д.».
«Это норма закона, это не предмет дискуссии между Национальным банком и правительством. Они обязаны выполнить эту норму», — в очередной раз продемонстрировал Виктор Андреевич свою избирательную принципиальность в вопросах законопослушания.
Но и в Нацбанке — после всех сделанных заявлений, что главным виновником инфляционных бед являются растущие социальные бюджетные расходы, уже не могут закосить под дурака, сделав вид, что пущенные в оборот новые миллиарды не спровоцируют дополнительной инфляции. А также что сбудется и без того нереальный правительственный прогноз годовой инфляции в 15,3% (по итогам только пяти месяцев она уже достигла 14,6%, а годовые темпы зашкаливают за 30%).
С другой стороны, если правительство по каким-то причинам не согласилось принять чуть более приближенный к реальности инфляционный прогноз, то можно ли надеяться, что оно откажет себе в удовольствии облагодетельствовать страну дополнительными миллиардами? Падающими в бюджет, кстати, все-таки за счет более высокой инфляции, а не экономического роста, как утверждает Ю.Тимошенко, поскольку нынешний рост ВВП (6,4%) даже немного отстает от бюджетного прогноза (6,8%).
О том, что, несмотря на все заверения премьера о готовности сотрудничать, правительство не собирается идти на серьезные уступки, ограничивая расходы бюджета суммой в 232 млрд. грн., косвенно свидетельствует и та удивительная настойчивость, которую проявил Минфин в поисках выхода за дополнительными ресурсами на внешний рынок.
Позади крутой поворот?
На наш взгляд, все эти бюджетные перипетии не так уж принципиальны — ведь и откорректированный бюджет, учитывая вносимые в него предложения об увеличении социальных выплат и заведомо нереальные прогнозы, вряд ли будет сильно отличаться от своего предшественника в лучшую сторону. Однако сопровождавшие бюджетную полемику заявления президента и его окружения обнаруживают еще одну четкую линию, которая может иметь для отечественной экономики крайне негативные и далеко идущие последствия.
Выпущенный еще по итогам июньского президентского совещания пресс-релиз, помимо всего прочего, содержал призывы главы государства к НБУ увеличить предложение денег — как через валютный канал, так и через внедрение проектного рефинансирования банков.
«Президент также выразил жесткое предостережение, чтобы, по крайней мере, в курсовой политике усилиями Национального банка была обеспечена стабильность. При этом он обратил внимание на разницу, которая существует между установленным валютным коридором и реальным курсом, — сообщила президентская пресс-служба. — Глава государства настаивал на том, чтобы после совместных консультаций с правительством Национальный банк вернулся к валютному коридору, предварительно объявив его новые границы, и четко их придерживался».
Из уст в основном Александра Шлапака, но от имени президента, за последние несколько недель Нацбанк был раскритикован за «отсутствие логики в курсообразовании», а также за «неадекватность валютно-курсовой политики тенденциям платежного баланса и реалиям экономической ситуации». В той или иной интерпретации от имени главы государства прозвучали требования о необходимости «сбить процентные ставки и утолить монетарный голод», «выработать единое видение оптимального валютного коридора на текущий год и удержание курсовых параметров в его рамках в дальнейшем». И, наконец, такое предписание: «На сегодняшнем этапе экономического развития четко придерживаться валютного коридора, который определяется с учетом платежного баланса и внешнеторгового сальдо».
Мы неслучайно уделяем столько внимания высказываниям президента и его окружения. Ни для кого не секрет, что Владимир Стельмах «чуток» к пожеланиям Виктора Андреевича не только в силу многолетней совместной работы в Национальном банке, но и по той простой причине, что глава государства является сейчас едва ли не единственной политической опорой главы НБУ. А без президентской поддержки свой пост можно потерять в мгновение ока. Ведь, согласно ст. 85 Конституции и ст. 18 закона о Национальном банке, среди оснований, по которым глава НБУ может быть досрочно освобожден от занимаемой должности, предусмотрено увольнение «в связи с заявлением об отставке по политическим или личным причинам», а также по представлению президента Украины в рамках его конституционных полномочий.
Поэтому, услышав от имени главы государства «жесткое предостережение», уже никто, даже Стельмах, наверное, не сможет с уверенностью сказать, какой будет дальнейшая курсовая политика в Украине.
Но если так, то не перечеркнуты ли все потуги кредитно-денежного регулятора начать реальный переход к более гибкому курсообразованию и инфляционному таргетированию, о необходимости введения которого столько говорилось его представителями?
Тут Владимиру Семеновичу самое время вспомнить свою же реплику в ответ на вопрос о посягательствах на независимость Нацбанка буквально месячной давности: «Можно что хочешь вносить. Но есть же еще и президент, который понимает этот вопрос».
Понимает ли? Ведь получается, что именно президент жестко одернул Нацбанк, сделавший первый, самый решительный и болезненный шаг, — и монетарное ведомство замерло в весьма неудобной позе. Фактически, в точности повторился сценарий 2005 года: произошла ревальвация, поменявшая баланс доходов и расходов субъектов экономической деятельности, но ничего не изменившая в принципе. Официальный курс пока остается де-факто фиксированным, просто на новом значении, причем никто не уверен, что на более экономически оправданном, нежели «5,05». Так зачем тогда было сеять столько неопределенности и даже паники, имевших, пожалуй больше про-, нежели антиинфляционный эффект?
Уже после ревальвации Нацбанк, выкупая валюту в попытках противодействовать дальнейшему укреплению гривни (курс упрямо не хочет подниматься выше отметок 4,60—4,70 грн./долл.), выкупил в июне более 1 млрд. долл. на межбанковском рынке. Денежная база (правда, с учетом эмиссионной активности Минфина) в прошлом месяце выросла сразу на 5,7%. Это — почти в два раза больше, чем за предыдущих пять месяцев с начала года, вместе взятых (3,0%).
А 2 июля остаток средств на корсчетах банковской системы в НБУ едва ли не впервые в нынешнем году превысил отметку 20 млрд. грн., всего за один день увеличившись сразу на 3,4 млрд. грн.
Произошло это из-за одновременного вливания в финансовую систему средств Минфином и Нацбанком. Последний днем ранее не только выдал кредиты овернайт на 400 млн. грн., но и выкупил, как утверждают участники рынка, рекордное количество валюты, отказавшись от применявшейся в последнее время практики выборочных покупок на межбанке.
Не в угоду ли президенту и его окружению это было сделано? Или на то были другие, еще более серьезные причины? И обществу, и рынку остается только теряться в догадках.
Друзьям — все, врагам — закон?
В отличие от некоторых наблюдателей, мы пока не склонны думать, что глава Нацбанка действительно вызвал искренний гнев президента. Ведь даже решение об официальной ревальвации гривни 22 мая наверняка согласовывалось с главой государства в ходе проведенной им 20 мая рабочей встречи с Владимиром Стельмахом. Вряд ли Виктор Ющенко даже помышляет о каких-то посягательствах на институциональную независимость Национального банка. Но, видимо, руководствуясь своим нацбанковским опытом и статусом одного из отцов украинской гривни, президент наделяет себя правом «чисто по-отечески» наставлять монетарное ведомство на путь истинный. При этом «чисто по-человечески» забывая, что этим он «самую малость» превышает свои полномочия.
Впрочем, помнится, и Арсению Яценюку вместе с Александром Шлапаком довелось весьма успешно и продуктивно поработать в Нацбанке. И они, получается, тоже имеют право считать себя доками в кредитно-денежной и валютно-курсовой политике. Так почему бы и спикеру парламента вместе с первым замглавы СП немного не вмешиваться не в свое дело?
А ведь есть еще и бывший первый зампред НБУ, а ныне руководитель ГлавКРУ Николай Сивульский, который тоже не забывает походя в чем-нибудь обвинить Национальный банк. Или «закинуть» в парламент провокационный, по его собственному признанию, законопроект об ограничении полномочий монетарного ведомства.
Найдется, наверное, еще минимум сотня банкиров, тысяча чиновников и несколько миллионов простых граждан, которым не нравятся как происходящее на валютном и кредитном рынках, так и лично г-н Стельмах. Но дело ведь не в этом, а в неукоснительно соблюдаемом в небанановых республиках принципе: независимость центрального банка, регулирующего столь тонкую сферу, как денежное обращение, — основополагающий принцип, попрание которого чревато серьезными последствиями для экономики. Ведь галопирующая инфляция разрушает все: и инвестиции, и сбережения, и тот самый экономический рост, о котором так пекутся сейчас критики НБУ. А еще она разрушает доверие к национальной денежной единице, государству и его институтам.
И ведь независимость такого государственного института, как Национальный банк, вовсе не отменяет обязательности таких неукоснительных требований к его деятельности, как прозрачность и подотчетность (с которыми, кстати, тоже пока далеко не все идеально).
Здесь, кстати, самое время немного отвлечься на скучную законодательную тему. А действительно ли украинское законодательство достаточно четко определяет исключительность полномочий НБУ в обеспечении стабильности денежной единицы?
На самом деле для любого мало-мальски интересующегося этой темой не секрет, что у Национального банка нет четко обозначенной стратегической цели в сфере кредитно-денежной политики, поскольку она не установлена однозначно ни одним регулирующим его деятельность нормативно-правовым документом.
Согласно ст. 99 Конституции и ст. 6 закона о Национальном банке, основной функцией НБУ является «обеспечение стабильности денежной единицы Украины». Фактически, такая формулировка предполагает обеспечение как ее внутренней (контроль над инфляцией), так и внешней (контроль над динамикой обменного курса) стабильности.
Однако периодически возникают ситуации (как, например, сейчас), когда необходимость удерживать номинальный курс, выкупая на рынке иностранную валюту и одновременно выпуская в обращение гривни, вступает в прямое противоречие с задачей обеспечения ценовой стабильности. Которую невозможно выполнить еще и по той причине, что 90% инфляционных факторов находятся вне компетенции монетарных властей, а исполнительная власть не то что толком не борется, но еще и подогревает инфляцию массированным увеличением социальных выплат.
«Неопределенность стратегической цели приводит к тому, что проведение денежно-кредитной политики фактически ограничивается решением лишь текущих задач и дает основания для обвинений в неэффективном проведении монетарной политики», — констатируется даже в официальных публикациях НБУ.
К слову сказать, и у всего Украинского государства нигде четко не прописаны его стратегические задачи и цели. В соответствии со ст. 24 закона о Нацбанке, основы его денежно-кредитной политики должны базироваться на «основных критериях и макроэкономических показателях общегосударственной программы экономического развития и Основных параметрах экономического и социального развития на соответствующий период». Кто-нибудь видел работающие редакции этих документов?
Посмеем заметить, что конкретных ответов на вопрос о государственных приоритетах не дает и программа деятельности правительства «Украинский прорыв», за которую Юлия Тимошенко призывала парламентариев немедленно проголосовать на ближайшем пленарном заседании. Но попытались ли глава исполнительной власти и ее окружение за полгода пребывания документа на рассмотрении в парламенте хотя бы частично отреагировать на многочисленные критические замечания экспертов именно в отношении его неконкретности?
Видимо, отсутствие конкретных стратегических целей вынуждает нечаянно путать и подменять их краткосрочными макроэкономическими прогнозными показателями, утверждаемыми лишь на ближайшие 12 месяцев или полгода при разработке каждого очередного бюджета или его поправок.
Вообще-то в нашей стране существует Закон «О государственном прогнозировании и разработке программ экономического и социального развития Украины» (№1602-III от 23 марта 2000 года). Он устанавливает, что «участниками государственного прогнозирования и разработки программ экономического и социального развития Украины» являются «Кабинет министров Украины, уполномоченный центральный орган исполнительной власти по вопросам экономической политики, другие центральные органы исполнительной власти, Совет министров АРК, местные государственные администрации и органы местного самоуправления». Как видно, Нацбанка, как и секретариата президента, в этом перечне нет.
Этот закон определяет, что «прогноз экономического и социального развития Украины на краткосрочный период разрабатывается ежегодно на следующий год», и что показатели этого прогноза «используются для разработки Государственной программы экономического и социального развития Украины и для оценки поступлений и формирования показателей Государственного бюджета Украины».
Не секрет, что макроэкономические прогнозы в нашей стране сбываются чрезвычайно редко. Во-первых, потому что краткосрочное прогнозирование, да еще и с украинской спецификой «декабрь к декабрю» — вообще крайне неблагодарное занятие. А во-вторых, эти прогнозы чаще всего попросту подгоняются под требуемые доходно-расходные параметры бюджета и не имеют под собой никаких других оснований, кроме как желание главы правительства или министра финансов.
Это относится к инфляционным прогнозам как нынешнего правительства (что 9,6%, что 15,3% — все фантастика), так и большинства его предшественников. Помните, как господа Янукович и Азаров в прошлом году упрямо настаивали на реалистичности бюджетного прогноза инфляции на уровне 7,5%, который затем был превышен более чем в два раза?
Впрочем, за регулярное «перевыполнение» тех инфляционных прогнозов в Украине в отставку не подал еще ни один премьер, ни даже «простой министр» экономического блока. Поэтому когда г-жа Тимошенко заявляет, что правительство несет за свои макропрогнозы ответственность, очень хотелось бы от нее самой услышать — какую?
Так что вопрос — когда же наше государство определит и установит для себя конкретные, а главное, реальные и достижимые средне- и долгосрочные цели макроэкономической политики, по-прежнему остается открытым. Вот и получается, что каждый чиновник может трактовать их по своему усмотрению, как ему заблагорассудится.
